Среди россиян стремительными темпами растет интерес к японской культуре, и он взаимный. В Москве прошла уникальная постановка Токийского нового репертуарного театра — артисты такого уровня приехали к нам в страну впервые за долгое время. Традиционные маски, костюмы и, конечно, инструменты — всё это представили зрителям в концертном зале «Зарядье». Подробности.
Тишину полного зала самурайской катаной пронзает нежная флейта: не обычная, какие в «Зарядье» регулярно, а японская — сякухати. В ушах всё еще стоит звон от только что стихших барабанов тайко. Это вечер японской культуры: традиционные инструменты, костюмы, хореография и отрывок из спектакля «Кодзики». Текст датирован 712 годом н. э.

«Кодзики — это предтеча всей японской культуры. В основе этих мифов — древнейший сюжет о сотворении мира и распределении обязанностей между верховными богами. На сцене он облачен в театральную форму на базе школы Станиславского», — рассказал корреспондент.

С виду на наш театр не похоже совсем, но это к нам, в Москву артисты токийского театра «Новый Арт» привезли самое экзотическое, что у них есть. У себя в Японии они ставят греческие трагедии, Шекспира и — куда уж без них — «Три сестры», «Дядю Ваню» и «Вишневый сад».

Этот театр в Токио 25 лет назад создал российский режиссер Леонид Анисимов. В японскую театральную традицию вдохнул русскую душу.

«Мы соединяем две системы: систему Станиславского и японскую систему дзами. Они очень близки», — рассказал художественный руководитель Токийского нового репертуарного театра.

Сам Анисимов в Москве не был восемь лет, а многие из членов его труппы — вообще никогда.

«Когда находишься в Японии и смотришь новости, кажется, что Россия довольно сложная страна, оказалось, что это совсем не так», — поделился артист пантомимы Ямамото Койо.

«Благодаря взаимодействию разных культур, мы, японцы, смогли увидеть и осознать многое из того, на что раньше не обращали внимания», — отметил Окадзаки Хироши, художественный руководитель токийского театра «Син Гэйдзюцукан» (Новый театр искусств).

И в России к японской культуре тянутся.

«Эти барабаны участвовали в службах, и в армии с помощью этих барабанов передавали сигналы к атаке, к отступлению», — рассказала участница ансамбля японских барабанов в Миябе, специалист по организационной работе управления по международному сотрудничеству Московской консерватории Юлия Челмакина.

Японскими инструментами российские музыканты овладели в Московской консерватории, благодаря которой во многом этот вечер и состоялся.

«В Японии нет людей, которые бы не любили Россию. Я таких не встречала. Эти 28 человек, которые приехали, они же всё расскажут своим друзьям», — отметила начальник управления международного сотрудничества, научный руководитель центра «Музыкальные культуры мира» Московской консерватории Маргарита Каратыгина.

Получается, культурная блокада прорвана, хотя на практике ее и не было вовсе.

«Блокада русского искусства — само по себе невозможное утверждение, потому что наши коллеги, творческие люди, стремятся сюда для того, чтобы выступить перед московской публикой, перед российской публикой», — сказал генеральный директор московского концертного зала «Зарядье» Иван Рудин.

Но это, если что, неофициально. Официальные же японские лица, некоторые из них тоже здесь, просят поменьше упоминать, что от души содействовали культурному обмену.

«Мы чувствуем, что в сфере культуры и образования молодежных обменов есть какие-то подвижки, притом что всё происходит со стороны Японии на негосударственном уровне», — сказал специальный представитель президента РФ по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой.

Следующий — на низком старте — бизнес.

«Не всё заморожено настолько, чтобы надо было долго отмораживать эти проекты. И японским компаниям здесь не придется стоять в длинной очереди», — отметил президент Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП) Александр Шохин.

За все последние годы, включая ковидные, в Японии не отменили ни один из фестивалей русской культуры. К нам тоже ездили — негласно, но регулярно. Культурные и деловые связи и до этого не очень-то получалось скрывать, а теперь и не будут.