Эмоциональность, выразительность сюжетов и удивительная близость современному человеку — все это об иконах, которые мы зачастую не воспринимаем или понимаем с трудом. В дни Великого поста, который в этом году продлится до 11 апреля, мы зашли в Музей им. Андрея Рублева, где вместе со старшим научным сотрудником Дмитрием Клыковым рассмотрели образы, связанные с Великим постом, и обнаружили на старинных работах потрясающую близость к человеку XXI столетия.Искусство иконописи кажется сложным для восприятия, далеким от нас с вами, требующим глубокой специальной подготовки для понимания сюжетов и совсем не реалистичным. Но проблемы и трудности, с которыми сталкивались люди тогда и о которых повествуют сюжеты икон, к XXI веку мы так и не разрешили. Удивительно, но там та же жизнь, те же сложности и те же люди…

Секрет иконы в том, что открывается она лишь зрителю внимательному, который готов вглядываться в ее детали. Она требует долгого рассмотрения, но щедро награждает того, кто отнесется к ней с уважением и неподдельным интересом: так, она способна сама рассказать важнейшие сюжеты истории человечества в таких подробностях, что текст может и не понадобиться.

Вместе с Дмитрием Клыковым, экспертом Музея им. Андрея Рублева, на основной экспозиции музея мы находим почти все ключевые образы, к которым важно обратиться во время Великого поста, когда мы готовимся к встрече с Богом.

От Адама и Евы

В самые первые дни Великого поста в храмах читают канон Андрея Критского, где в молитвенном обращении к Богу повествуется обо всей истории мира, в том числе о первородном грехе, без которого невозможно представить себе смысл пришествия Христа: пострадав за грешников, Он вновь открывает людям двери рая.

Немного контекста: Бог сотворил человека по своему образу и подобию, и звали его Адам, что в переводе означает «созданный из глины», или «красная земля», а еще дал ему помощницу Еву, сделав женщину из ребра Адама: «не хорошо быть человеку одному». Дал Господь им заповедь: «От всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь». Тут важно вспомнить слово «ересь».

— Ересь есть выбор, — объясняет Дмитрий Николаевич. — А ведь мы и сейчас живем в мире, где нам постоянно приходится выбирать, но выбор — нагрузка на человеческую психику, и по большому счету Бог, создав человека, ограждает его от таких перегрузок, с одной стороны. С другой — человек как ребенок: в раю — порядок, но если что-то выйдет из-под контроля — моментально случится разгром.

— Почему здесь змей? Ведь в раю не может быть опасной фауны…

— Зло в это светлое пространство пройти не может, но оно всегда завидует человеку и свои силы направляет на то, чтобы человека от Бога уязвить. Звери в раю все мирные, но сатана входит в змея и под его видом встречается с Евой — у него здесь даже человеческое лицо. Сейчас мы боимся змей, а тогда Ева — нет, она ведь жила в совсем другом мире, и сознание у нее было иным. Я в свое время придумал в объяснении этого сюжета ход, чтобы было понятнее: змей — своеобразный «наркодилер», ведь что он говорит? Бесплатно, вкусно, красиво, ты только попробуй — и станешь как Бог: реклама, маркетинг… Когда происходит искушение, мир меняется. Уходит состояние благодати, в мире появляются ужас и страх. Поэтому человек, нарушивший закон, данный Богом, начинает различать добро и зло. После нарушения закона в мире пропало совершенство, отсюда появилось нечто ужасное, — рассказывает Дмитрий Николаевич возле уникального памятника XVI века — двери в жертвенник, где изображен вышеизложенный сюжет, а формат повествования в чем-то напоминает «комикс», причем даже с текстовыми комментариями.

Над Адамом и Евой, изгнанными из рая, изменился даже цвет неба — потемнел. И там же — текст плача Адама: «Раю мой, раю! Прекрасный мой раю! Мене ради, раю, сотворен еси, а Евги ради, раю, затворен еси. Уже яз не слышу архангельска гласа, уже яз не вижу райския пищи. Увы мне грешному. Помилуй мя падшего!». Судя по тексту, Адам во всем обвиняет Еву. Что ж, очень по-мужски…

«Лествица»

Единственная икона, которую мы не обнаружили на экспозиции, но о которой тоже важно сказать, — «Лествица». На ней мы видим лестницу от земли к небу из 33 ступеней — столько же глав и в «Лествице». С каждой ступенью идущий приближается к Богу, и по сути своей таков и духовный путь человека к совершенству, но на иконе, как и в жизни, ничего не дается просто так.

Новая ступень — новое испытание, которое нужно пройти, и там же идущих каждый раз поджидают темные сущности, из-за которых не каждый может дойти до вершины. Чтобы встретиться с Богом, приходится приложить немало духовных усилий и сбросить вцепившегося бесенка.

— Здесь возникает и вопрос важности духовного руководителя, — поясняет Дмитрий Николаевич. — Если мы просто не едим постом мясо — это одно, но совсем другое, когда намерения серьезнее: в таком случае нужен человек, который проведет, поможет, ведь на этом пути очень много опасностей. Удивительно, что заключительная ступень лествицы — обретение любви, потому что Бог есть любовь, и встретиться с ним можно только через любовь.